Сделка на рынке ИИ, которая принесла впечатляющие бумажные прибыли, обернулась столь же впечатляющей расплатой. Фонд Леопольда Ашенбреннера Situational Awareness был вынужден выйти из публичных акций, в то время как его ранний сторонник Jane Street, по сообщениям, понес убыток в $15 млрд.

Ашенбреннер, бывший исследователь OpenAI без какого-либо прежнего опыта в трейдинге, запустил Situational Awareness в 2024 году, опираясь на простую и агрессивную предпосылку: бум ИИ потребует масштабного расширения производства чипов, вычислительных мощностей, памяти и энергии. Ставка поначалу сработала. До июня фонд показал доходность 439%, а в какой‑то момент, как сообщалось, управлял активами до $45 млрд.¹

Затем ралли в инфраструктурных акциях дало трещину. Инвесторы начали сомневаться, достаточно ли огромные капитальные затраты на ИИ приносят выручки в краткосрочной перспективе, что обрушило такие позиции, как SK Hynix, Sandisk, Bloom Energy и Nebius. Кредитное плечо усилило падение.¹

24 июля Ашенбреннер призвал клиентов рассматривать распродажу как «одну из лучших возможностей для покупки с начала прошлого года» и попытался привлечь новые обязательства на август.¹ Этот призыв не смог остановить отступление. Axios сообщил, что впоследствии фонд полностью продал свой портфель публичных акций компании Citadel Кена Гриффина, отметив поразительную скорость разворота: «Похоже, всё действительно развивалось очень быстро».²

Покупку Citadel можно трактовать двояко. Для Situational Awareness это был вынужденный выход из позиций, которые фонд больше не мог комфортно удерживать. Для фирмы Гриффина, которая уже владела схожими ставками на инфраструктуру ИИ, это стала возможностью войти в побитый сектор с большим запасом времени и капитала.¹

Jane Street, один из ранних сторонников Situational Awareness, пережила свой первый убыточный месяц за десятилетие, по сообщениям, потеряв $15 млрд на фоне обвала.³ И всё же фонд Ашенбреннера не сдал все позиции: у него по‑прежнему есть частная доля в Anthropic, оценённая примерно в $5 млрд. Если эта инвестиция продолжит расти, она может стать последним крупным противовесом публичным рыночным ставкам фонда, которые развалились с ошеломляющей скоростью.¹