Спор обострился после того, как американские компании в сфере ИИ начали предупреждать, что конкуренты используют результаты работы моделей для воспроизведения дорогостоящих возможностей, не оплачивая лежащие в их основе исследования. Дистилляция сама по себе является законной практикой машинного обучения, однако американские фирмы утверждают, что она превращается в злоупотребление, когда используется для обхода правил доступа и систематического извлечения проприетарных функций.¹

Этот аргумент перешел из корпоративных жалоб в плоскость политики национальной безопасности 8 сентября, когда АНБ, CISA и ФБР назвали DeepSeek, Moonshot AI, Alibaba, MiniMax, StepFun и Z.AI в совместном предупреждении. Ведомства заявили, что компании предположительно с конца 2024 года нацеливались на Claude, GPT, Gemini и Grok, используя такие тактики, как мошеннические учетные записи, прокси-сети и попытки инъекций промптов, чтобы извлекать способности к рассуждению и другие возможности. Их оценка была конкретной, но с оговоркой: эта деятельность, вероятно, велась при «осведомленности китайского правительства», но не обязательно по прямому распоряжению властей.¹

Для Вашингтона ставки выходят за рамки интеллектуальной собственности. В предупреждении утверждается, что извлечение в промышленных масштабах может сократить время разработки и затраты на обучение, помогая китайским разработчикам сокращать отставание, избегая при этом значительной части инвестиций в вычислительные мощности, электроэнергию и исследования, необходимых для самостоятельного создания передовых систем. Ведомства призвали разработчиков моделей, облачных провайдеров и союзников координировать выявление таких действий и, при необходимости, снижать эффективность ответов для предполагаемых кампаний по извлечению данных.¹

Министр финансов Скотт Бессент на следующий день наиболее прямо сформулировал стратегическое обоснование. «Если они выйдут вперед нас в ИИ, тогда все остальное не имеет значения», — сказал он, утверждая, что Соединенные Штаты должны продолжать строить инфраструктуру центров обработки данных, необходимую для конкуренции, поскольку «китайцы не станут ждать».²

Пекин ответил столь же широким отпором. Представительница МИД Мао Нин заявила, что прогресс Китая в сфере ИИ стал результатом внутреннего технологического развития и международного сотрудничества, тогда как другой китайский чиновник призвал американских деятелей «уважать факты, отбросить предубеждения и прекратить клеветать на достижения Китая и дискредитировать их».³ Столкновение теперь превращает спор о доступе к моделям в более широкую борьбу за то, кто вправе определять, что такое инновации, — и кто будет ими руководить.