История
сентябрь 11, 2026

Математический успех OpenAI разжёг ожесточённый спор о том, кто первым нашёл путь

OpenAI представляет свой результат по Навье—Стоксу как независимую демонстрацию стремительного развития ИИ, тогда как Тристан Бакмастер и Левент Альпёге видят в нём тревожную проверку того, могут ли передовые лаборатории конкурировать с исследователями, использующими их собственные инструменты. Спор касается не столько важности математики, сколько признания заслуг, данных и власти в науке, движимой ИИ.

Почти год математик из Нью-Йоркского университета Тристан Бакмастер и исследователь Anthropic Левент Альпёге изучали связанные вопросы гидродинамики с помощью Codex от OpenAI и Claude от Anthropic. В понедельник они опубликовали результаты по вынужденной задаче Эйлера — важный шаг к задаче тысячелетия Навье—Стокса.

Бакмастер говорит, что настроение изменилось после того, как он узнал, что слухи об их прогрессе дошли до OpenAI. По его словам, выбранный его командой путь был необычайно специфичным: «Это не то направление, к которому приходят за несколько дней, просто дав модели формулировку задачи». Он также утверждал, что исследователь OpenAI Себастьен Бюбек настаивал на исключении Альпёге из предложенной совместной статьи из-за его связи с Anthropic — обвинение, которое OpenAI оспаривает.

Версия OpenAI начинается 1 сентября, когда компания услышала слухи о том, что две задачи тысячелетия были решены. Затем она направила около 10 000 агентов на открытые задачи; в случае с Навье—Стоксом доказательство было получено через 88 часов, а формальная верификация заняла ещё 17. Компания заявляет, что только на эту задачу было потрачено около 130 миллиардов выходных токенов.

Во вторник OpenAI объявила о доказательстве того, что в гладком трёхмерном потоке жидкости может развиться сингулярность за конечное время, назвав это крупным достижением для математики. Грег Брокман назвал это «важной вехой как для ИИ, так и для математики» и признаком грядущего научного возрождения.

Однако прорыв немедленно стал предметом спора о происхождении результата. OpenAI заявляет, что ни её исследователи, ни агенты не видели работу Бакмастера и Альпёге до её публикации, хотя признала, что «не может исключить», что обезличенные данные, полученные при использовании её продуктов, улучшили её модели. Бакмастер считает эту оговорку не второстепенной, а ключевой.

Сэм Альтман защищал действия команды, заявив, что она стремилась к совместной публикации после того, как первоначально решила, будто внешние исследователи решили задачу Навье—Стокса. Критиков это не убедило: репост, усиленный Яном Лекуном, поздравлял Бакмастера и Альпёге, одновременно саркастически хваля OpenAI за то, что та не позволила «ни одному хорошему клиентскому транскрипту остаться неиспользованным».

Этот результат ещё может стать знаковым доказательством. Но этот эпизод поднял не менее важный вопрос: когда лаборатории предоставляют инструменты, инфраструктуру обучения и огромные вычислительные ресурсы, кому принадлежит интеллектуальный путь к открытию?

Освещение истории