У Кароллин Сепеды отошли воды в субботу днем в ее доме в Аутер-Сансете, и она вместе со своим партнером Нейтом Хеминиано отправилась на своем Honda в центр родовспоможения Kaiser. Сначала маршрут казался вполне проходимым: GPS показывал 15 минут.

Затем движение на шоссе 1 замедлилось, а в парке Голден-Гейт полностью остановилось. По мере того как расчетное время прибытия росло, Сепеда сказала Хеминиано: «Мне страшно. Я вот-вот рожу этого ребенка в машине».¹

Хеминиано съехал к обочине возле пересечения улиц Кроссовер-драйв и Мартин-Лютер-Кинг-младший-драйв, позвонил в 911 и начал спрашивать у застрявших автомобилистов, нет ли среди них врача. Позже он рассказал, что пытался сохранять самообладание перед лицом родов, к которым не был готов: «Я просто пытаюсь сохранять спокойствие, оказать любую поддержку, какую могу, потому что понятия не имею, что делаю».¹

Помощь пришла не от врача, а от Кэти Хиггинс, владелицы кофейни, которая около 15 лет назад проходила обучение на доулу. Услышав, что у женщины начались роды, Хиггинс побежала к машине, крича: «Я не врач, но я доула!» Она застала Сепеду уже сидящей на корточках на переднем пассажирском сиденье и тужащейся.¹

Пробка превратилась в импровизированное родильное отделение. Прохожие принесли полотенца, держали одеяло для уединения и нашли синие перчатки; Хиггинс подбадривала Сепеду и массировала ей бедра. Для Сепеды уверенность незнакомки изменила все: «Она действительно знала, что делает, и это придало мне уверенности и помогло почувствовать себя готовой».¹

Пожарных вызвали вскоре после 16:30, но машине скорой помощи пришлось припарковаться примерно в двух кварталах, и парамедики побежали в парк. Они прибыли вовремя, чтобы принять здоровую девочку, а следом прибыла пожарная машина для помощи. Мать и ребенка доставили в больницу в хорошем состоянии.²

Пожарная служба Сан-Франциско представила этот эпизод как нечто большее, чем дорожный кошмар. Капитан Джонатан Бакстер назвал появление новорожденной «настоящим свидетельством самоотверженности, сострадания и командной работы».² Для родителей это был тот же урок, полученный с пассажирского сиденья: город, замерший в пробке, все равно быстро пришел в движение, когда это было важно.