В сентябре OpenAI заявила, что ещё не выпущенная передовая модель решила более 100 давних открытых задач в значительной части математики. По мере роста ожиданий недавно созданная Консультативная группа по математике и искусственному интеллекту призвала лаборатории оперативно публиковать результаты через устоявшиеся академические каналы, раскрывать сведения о моделях, промптах и вычислительных ресурсах, а также не превращать результаты в маркетинг.¹

Во вторник OpenAI выпустила 722 рукописи, объединённые в 372 семейства связанных результатов. Компания предоставила через репозиторий GitHub протоколы пересмотра работ и цитирования, а также резюме рассуждений, оценки вычислительных затрат и статистику по предпринятым попыткам решить задачи. По её словам, на средний результат было затрачено количество размышлений ChatGPT Pro, эквивалентное трём часам.¹

Руководители OpenAI представили публикацию как часть более масштабного научного проекта. Грег Брокман назвал её шагом «к ускорению научных открытий и улучшению качества жизни для всех».Greg Brockman (gdb)² Уже сам объём впечатлил наблюдателей: сотни доказательств, созданных ещё не выпущенной моделью, позволяют предположить, что математика может последовать за программированием в мир, где машины перестанут быть новинкой и станут рабочей силой в специализированных областях.³

Однако энтузиазм сопровождался тревогой. Исследователи по-прежнему спрашивают, действительно ли результаты оригинальны или они в значительной мере опираются на прежний человеческий вклад, и можно ли содержательно оценить поток работ, произведённых машинами. Стивен Вольфрам сформулировал возражение о качестве и количестве: «Триллион теорем создать легко. Проблема в том, что большинство этих теорем никого не будет интересовать».³

Недоверие носит не только философский характер. Более ранние заявления OpenAI уже вызывали обвинения, связанные с неопубликованными работами, перехватом результатов и слабым раскрытием происхождения обучающих данных. Критики опасаются, что богатая ИИ-лаборатория может стремительно проходить через задачи, которым исследователи посвятили всю карьеру, не соблюдая академические нормы, регулирующие авторство и верификацию. Один профессор описал такое поведение как «то, чего математики обычно не делают».⁴

Даже более широкая реакция в интернете отражала эту осторожность: Илон Маск распространил публикацию, в которой утверждалось: «Нет, ИИ не решил уравнения Навье—Стокса».Elon Musk (elonmusk)⁵ Новая публикация может быть выдающимся техническим достижением; станет ли она заслуживающим доверия вкладом в математику, остаётся вопросом, который должны решить люди.