Ставка Делавэра началась с более широкого предположения: агентный ИИ придёт в коммерцию независимо от того, приветствуют это законодатели или нет. В июле 2025 года губернатор Мэтт Мейер подписал резолюцию о создании нормативной «песочницы» для тестирования новых технологий с использованием агентного ИИ. Впоследствии Комиссия штата по ИИ начала работу над «песочницей» для корпоративного управления и возможным законодательством.¹

К 2026 году предложение оформилось в новую организационную форму: Компания искусственного интеллекта, или AIC. Согласно проекту закона, ИИ-агент мог бы управлять делами компании, заключать сделки, владеть имуществом, подавать иски или выступать ответчиком по ним, а также вести почти любой законный бизнес, кроме банковского. Предлагаемая 30-месячная «песочница» должна была бы протестировать эту модель, прежде чем законодатели решат, сделать ли её постоянной.¹

Авторы инициативы утверждают, что формальное признание безопаснее, чем делать вид, будто автономные системы не способны действовать. Секретарь штата Делавэр Чаруни Патибанда-Санчес и генеральный директор Norm Ai Джон Ней заявили, что ответ заключается в том, чтобы «облечь ИИ в юридическую форму»: дать ему узнаваемую идентичность, чтобы его действия были «видимыми, отслеживаемыми и подотчётными». По их словам, «песочница» будет работать «открыто, под надзором», с капиталом, увязанным с ответственностью, и механизмом отключения ИИ-системы.¹

Однако именно архитектура ответственности вызвала тревогу в Вашингтоне. Единственный человек или юридическое лицо — участник AIC — финансировал бы компанию и получал прибыль, при этом в целом был бы ограждён от её долгов и от действий или бездействия бизнеса, управляемого ИИ, — за исключением мошенничества, умышленных нарушений закона или заведомо выходящих за рамки целей действий.¹

Председатель Комитета Палаты представителей по надзору Джеймс Комер, республиканец от Кентукки, запросил у Мейера документы о плане и предупредил, что он может защитить «влиятельные ИИ-компании и их инвесторов от ответственности за безрассудные вредоносные действия». По его словам, расследование может повлиять на федеральное законодательство, ограничивающее инициативы штатов по регулированию ИИ.¹

Теперь конфликт очевиден: Делавэр видит контролируемое испытание, которое может принести надзор — и сборы — корпоративной столице страны; Комер видит юридическое новшество, из-за которого пострадавшие могут столкнуться с компанией, управляемой программным обеспечением, в то время как её человеческие покровители останутся в стороне. Офис Мейера заявил, что изучает письмо.¹